Не удивляясь аномалиям

Практически годом ранее, разбирая статистику систематических зимних поездок на волжский плес Рыбинского водохранилища, я говорил о непредсказуемости сюжета последних зимних сезонов, связанной, в первую очередь, с погодными коллизиями последних лет и колебаниями уровня воды в Волге из-за работы плотин.

Желтый окунь
Зимний сезон 2013/14 гг. в этом замысле тоже был неповторимым. Лед на Волге поднялся в середине декабря. Не обращая внимания на богатую осадками осень, уровень воды был низким. Воду начиная с сентября деятельно сбрасывали. При низкой воде в большинстве случаев хорошо трудится прирусловой рельеф При первых выездах мы с сотрудниками по рыбалке начали ловить, применяя в основном раттлин (тяжелый воблер vibo), сохраняя надежду на поимку щуки, которая до тех пор пока еще не выбита и не ушла к берегу (в большинстве случаев это бывает в последних числах Января). Щука нам попадалась, действительно, далеко не в таком количестве, как в памятном январе 2011 г. А вот окуня на рельефе выяснилось мало. Более-менее обычные его скопления мы нашли пару позднее на ровных поливах с глубинами 3-4 м. Для Рыбинского водохранилища весьма характерно, что любой зимний сезон окунь предпочитает очень узкий диапазон глубин. Скопления этой рыбы бывают жестко привязаны к трещинам или к полосе замерзшего ломаного льда, где его прозрачность ниже. Это ясно — начало зимы было бесснежным и рыба скрывалась от солнца. К февралю эти участки были уже рассверлены и напоминали решето.

 

Если сравнивать с прошлыми се-территориями окунь реже ловился прямо подо льдом, а чаще попадался в нижних горизонтах и средних. Объяснение нашлось скоро — в желудках окуней чаще, чем тюлька (главной объект их питания тут), той зимой виделись небольшие окуньки либо ершики, Исходя из этого самым ходовым размером балансира у меня стала «троечка». К февралю многие мои приятели — заядлые блеснильщики — вообще перешли на «безмотылку», Не по причине того, что большой окунь был неактивен, а по причине того, что очевидно стал больше любить мормышку чем балансир, что для «Рыбинки» нехарактерно. Действительно, время от времени все же удавалось отыскать локальные участки, где он весьма деятельно брал даже на балансир № 5, Конкретно тут в окуневых желудках обнаруживалась тюлька.
Следующим фактом, которому продолжительно не удавалось отыскать объяснение, был цвет окуня. В прошлые годы окунь на волжском плесе (как и на вторых участках «Рыбинки») был тёмным, поскольку дно тут в большинстве случаев покрыто колониями ракушки-дрейссены. В этом же сезоне окунь попадался стандартной окуневой окраски (голубовато-зеленый), а ближе к берегу, где дно песчаное и имеет красноватый цвет из-за окислов железа, даже желтый. И это был местный окунь, в силу того, что такая окраска сохранялась у него до конца зимы.

Все либо ничего
На этом странности не закончились, дальше все выяснилось еще увлекательнее. Убедившись, что паводка ближайшей весной ожидать не придется (зима тут была самой малоснежной за целый период наблюдений), воду в январе-феврале стали медлено набирать, но на дислокации рыбы это не сказалось. Увлекательным выяснилось то, что еще в последних числах Декабря я был свидетелем, как на ровный прирусловой полив (с глубинами 3-4 м) вышла свора «белых» рыб: синца, леща и подлещика, которые очевидно интересовалась балансирами а также раттлинами (чем, к сожалению, вовсю пользовались багрильщики), деятельно перемещались, а по периферии своры попадался судак. Такое раньше случалось только в долгие оттепели либо весной, а тут — в простую морозную погоду, фактически в начале ледостава. Сперва я не придал этому значения, но с февраля такие локальные выходы то тут, то в том месте стали случаться, когда «включали» течение. Вначале начинал ловиться {среди них и на балансир) большой окунь, потом оказалась «белая» рыба, которую скорее интересовал балансир, чем мормышка, а чуть позднее, ближе к полудню, ко мне выходил судак. В ловле судака тоже отлично показали себя раттлины. Во-первых, благодаря замечательным колебаниям судак стремительнее подмечал эту приманку на шумовом фоне, создаваемом «белой» рыбой, а во-вторых, последняя значительно в меньшей степени багрилась раттлином, чем балансиром.
Рыболовы, которым удавалось попасть на таковой локальный выход, были с добрым уловом, но большая часть сотрудников на другой акватории имели возможность за весь день не заметить ни одной поклевки — рыбы в том месте просто не было, И еще одно наблюдение, не относящееся к зимнему блеснению, но очень симптоматичное: последние две зимы «белая» рыба на «Рыбинке» стала временами положительно реагировать на прикормку, чего раньше ни при каких обстоятельствах не было.

Свяжем все воедино
Предложу собственный объяснение такого аномального поведения рыбы, не смотря на то, что умелые рыболовы, возможно, уже и сами додумались, что связано оно с трансформациями кормовой базы на данной акватории, к
сожалению, не в добрейшую сторону. В чем заключаются эти трансформации, я не догадывался, пока не услышал, что на следующем после «Рыбинки» по течению Волги Горьковском водохранилище стали отмечать смерть колоний дрейссены (быть может, сказались очень жаркие сезоны 2010 и 2011 гг.). Я сразу же отыскал в памяти, что, когда раньше на волжском плесе «Рыбинки» промысловики вынимали сети, на льду выяснялось множество дрейссены, а в текущем году я аналогичного не видел. В случае если дрейссена тут погибла,
становятся понятными и поведение «белой» рыбы, выходящей среди зимы вместе с окунем и судаком на поливы за косяками тюльки, и яркая окраска окуня. Быть может, что и самой тюльки стало меньше — рыбка эта требовательна к содержанию кислорода в воде, исходя из этого очень жаркое лето в слабопроточных водоемах может стать причиной смерти большой части ее популяции.
Не могу заявить, что для меня лично прошедший сезон был неудачным, скорее напротив. Мы с приятелями пару перестроили тактическую схему поиска: стали скоро перемещаться широким фронтом, стараясь отыскать локальные скопления рыбы, и довольно часто выяснялись с уловом. Попадались судак и крупный окунь, а ближе к весне «морская» плотва. Но неспециализированная тенденция с рыбой в Рыбинском водохранилище все-таки внушает тревогу. Не хотелось бы, чтобы из-за трансформаций в экологии водоем стал таким же малорыбным, как расположенное выше по Волге Угличское водохранилище, либо, напротив, превратился в водоем «гарантированного улова», складывающегося из всегда голодной 100-граммовой «фанеры», как на Истре

Но не следует торопиться с выводами. Посмотрим, каким окажется новый зимний сезон на «Рыбинке». Уверен, что и в этом случае без каких-нибудь аномалий не обойдется.

Добавить комментарий